Горе "Красной Горки"

Корабельная пушка, брошенная в лесу. Фото автора

Орудия форта «Красная Горка», что недалеко от поселка Лебяжье в Ленинградской области, свое давно отгрохотали. Казематы опустели, ряды колючей проволоки покосились, поникли и уступили место буйной растительности. В казематах и подземных тоннелях не услышишь больше офицерских команд и назойливого стрекота азбуки Морзе. Но война здесь не закончилась.

Битва идет сразу на нескольких фронтах. С одной стороны наседают и медленно прогрызают нерушимую, казалось бы, крепостную мощь вандалы. С другой атакует время, заливая бывшие орудийные дворики водой, заваливая ослабленные вандалами конструкции песком и глиной. А с тыла подтачивает последние силы темная, настырная политика.

С самого начала судьба с особенным вниманием следила за фортом, и теперь его истории позавидует любая другая морская крепость, коих в окрестностях Кронштадта несколько десятков. Строительство бетонных укреплений на высоком берегу Финского залива близ деревни Красная Горка началось в 1909 году. К этому моменту старинные кронштадтские форты уже не были способны выдерживать огонь мощных корабельных орудий – это показала осада аналогичных укреплений Порт-Артура во время русско-японской войны, и важнейшую линию обороны Петербурга необходимо было переносить дальше в залив. Параллельно с Красной Горкой на противоположном берегу в местечке Инониеми стали возводить форт «Ино» с таким расчетом, чтобы орудия двух крепостей полностью перекрывали бы морской фарватер перекрестным огнем. За строительством двух фортов следил лично император Николай II. К 1914 году форт Алексеевский («Красная Горка») и форт Николаевский («Ино») были полностью готовы держать оборону. По тем временам это были самые совершенные крепости в стране – на каждой из них были установлены батареи из восьми 11-дюймовых гаубиц, шести 6-дюймовых скорострельных пушек Канэ и по восемь 12-дюймовых орудий. Территорию «Красной Горки» опутала сеть железных дорог, им вторила глубокая и разветвленная сеть подземных ходов, казематов, погребов для снарядов и бетонных бункеров для личного состава.

От железных дорог сегодня остались полузаросшие просеки, на которых еще можно увидеть торчащие из-под земли просмоленные шпалы. Входы в подземелья и казематы частично заложены кирпичом, частью завалены мусором и гниющими остатками пиршеств, которых тут каждые выходные – в изобилии. Но если прорваться через эти странные брустверы, попадаешь в мир, в котором сердце замирает и уходит в пятки. Но не потому, что страшно, а потому, что вокруг тебя – обнаженная история, голый гений войны. Но в то же время и печальный демон забвения, равнодушия и варварства. Идешь по бесконечному подземному ходу, от которого в разные стороны отходят рукава и казематы, и тусклый фонарик выхватывает из тьмы облезшую краску на стенах, обрывки проводов, покореженные трубы, ржавые краны и рубильники. Все, что можно было срезать и сдать в утиль, давно срезано и сдано. Даже массивные двутавровые потолки – и те спилены, и теперь ослабленный бетон то и дело грозит рухнуть визитерам на голову. Иногда в больших казематах приходится выверять каждый шаг – пол завален глыбами гудрона, когда-то покрывавшего бронированный купол потолка. Броня, как правило, выдерживает любой автоген, и варвары уходят отсюда ни с чем. И слава Богу, иначе форт мог бы оборвать еще не одну человеческую жизнь.

В глубине подземелий – заложенные кирпичом таинственные проходы. Кто-то постарался уже и здесь – кирпичи частью вынуты, и можно с трудом, но пролезть. За кладкой – остатки деревянных полов, ниши с уцелевшими стеллажами для снарядов. Кое-где из-за вырезанных несущих балок потолок обвалился, и через груды земли и песка сочится тусклый дневной свет.

...История «Красной Горки» круто повернулась и щелкнула каблуками в 1918 году. Первая мировая война крепости не коснулась – враг отчетливо осознавал, что такую оборону ему не пройти, поэтому даже и не пытался прорваться к Петербургу-Петрограду с моря. Зато беда пришла с самой неожиданной стороны. После захвата большевиками укреплений на берегах Финского залива по приказу Владимира Ленина все крепости были на всякий случай заминированы. И хотя указ через некоторое время был отменен, заряды из пороховых погребов Красной Горки так и не убрали. Шла Гражданская война, и чем могло обернуться наступление белых, никто достоверно предположить не мог. Примерно в это же время был взорван форт «Ино», и история этой крепости прекратилась. Та же судьба могла постичь и «Красную Горку».

В ночь с 19 на 20 августа 1918 года во время грозы в крепости раздался чудовищный взрыв. Взлетели на воздух пороховые погреба 152- и 254-миллиметровых батарей. Очевидцы вспоминали, что тысячи тонн бетона поднялись в воздух и опустились обратно, накрыв собою и людей, и глубокие склады снарядов. Отдельные фрагменты весом в несколько тонн разлетелись в радиусе 150 метров, упав в залив. О причинах этого взрыва до сих пор спорят историки – одни утверждают, что это была контрреволюционная диверсия, другие твердят, что случайность – ведь форт по-прежнему был заминирован, а гроза могла замкнуть цепь. Как бы то ни было, крепость оправилась от удара достаточно быстро и из строя не выбыла. Но история эта самым неожиданным образом аукнулась уже в наши дни.

В конце прошлого века поползли слухи о том, что форт может в любую секунду взлететь на воздух – ведь в заваленных взрывом казематах до сих пор хранятся тысячи снарядов. Теорию эту развили практически до истерики: мол, в 60 км находится Ленинградская АЭС, в 15 км – Ижорские арсеналы. Если «Красная Горка» взорвется, говорили краеведы, Петербург утонет, а на его месте будет второй Чернобыль.

Истерика достигла апогея, когда один из краеведов, если верить его рассказам, однажды случайно провалился в щель в разрушенной взрывом подземной галерее. Продвигаясь по ней, он увидел сквозь руины те самые склады со снарядами, а также обнаружил, что из них что-то течет и застывает, как пластилин. Оказалось – шимоза, одно из взрывчатых веществ начала XX века, снятая с вооружения вскоре после изобретения из-за ее непредсказуемости в случае пожара на складах. Нетрудно представить, что тут поднялось, тем более что местный Совет ветеранов упорно настаивал на том, что снарядов в разрушенных казематах нет никаких и все это выдумки и истерия.

Пока судили да рядили, некто сообразил, что из этого можно сделать неплохие деньги. По условиям сомнительного конкурса на разминирование победила сомнительная компания, немедленно отгородившая добрую треть форта колючей проволокой в два-три ряда с вышками и вооруженными часовыми. И принялась разминировать крепость. Прошло несколько лет, и разминирование плавно перетекло в распиливание на части уникального, пусть и довольно запущенного музея под открытым небом. На «Красной Горке» после вывода ее за штат после Второй мировой войны был установлен мемориал погибшим морякам-балтийцам и несколько уникальных орудий, в том числе знаменитая пушка «Канэ», гигантское 305-миллиметровое орудие на железнодорожной платформе, несколько корабельных пушек и первая пусковая установка для реактивных ракет. Все это бесценное хозяйство оказалось за колючей проволокой. Первой исчезла в неизвестном направлении пушка «Канэ», которая когда-то была основным вооружением всех фортов, а красногорская была едва ли не последней сохранившейся. Есть, правда, данные, что ее не утилизировали, а продали какому-то финскому музею. За ней последовали корабельные орудия. Правда, одно из них утащить не успели – бросили в еловом лесочке, где оно и стоит до сих пор. Приступили было к утилизации орудийных платформ – сняли броневые площадки и кожух орудия, но вывезти тоже не успели. Потому что нагрянула политика.

Судьбой музея и форта в этом году вдруг начали заниматься все кому не лень. Росохранкультура, Министерство культуры, ВМФ, Музейное агентство Ленинградской области… Точнее, заниматься они стали выяснением степени собственной ответственности за происходящее. Совсем недавно откуда-то пришел приказ прекратить вандализм и заняться, наконец, разминированием. Видимо, приказ был серьезный, ибо пильщики истории ослушаться не посмели. И принялись за разминирование – сейчас на форте работают экскаваторы и краны, смело ворочающие взорванный бетон в поисках нескольких тонн тротила. Будем надеяться, что они ничего случайно не заденут и Чернобыля все-таки не получится. Тем более что диковинной технологией разминирования весной озадачилась Росохранкультура и направила отважным саперам еще одну ноту – прекратить грубые действия и перейти к щадящей технологии.

…А ведь взрывом казематов почти 100 лет назад боевая история «Красной Горки» не закончилась. Вместе с Гражданской войной в России началась иностранная интервенция, и английские эскадры появились в Финском заливе в надежде наконец-то прорваться к колыбели русской революции. В конце года из Москвы пришел указ батареям «Красной Горки» открыть огонь по финскому городу Пумоле на противоположном берегу Финского залива, в котором находилась довольно мощная батарея. Официально финны в интервенции не участвовали, однако несколько русских кораблей осенью 1918 года погибли под ударами этой самой батареи, неявно помогавшей британскому флоту на подступах к Кронштадту. И вот орудия Красной Горки получили, наконец, возможность продемонстрировать свою мощь во всей красе. Результатом двухдневной работы главных калибров стало полное разрушение батареи Пумоле и эвакуация жителей городка. Но тут бодростью духа гарнизона форта умело воспользовались белогвардейцы. 13 июня 1919 года на Красной Горке вспыхнул матросский мятеж против большевиков. Гарнизон разоружил и запер в казематах командный состав. В Кронштадт полетела телеграмма с предложением присоединиться к восстанию, в противном случае город грозили подвергнуть обстрелу. В ответ на это из гавани в сторону мятежной крепости вышли два линкора, с воздуха на форт пикировали аэропланы, забрасывая бунтарей то бомбами, то листовками. Обмен разрывными любезностями продолжался два дня, после чего орудия «Красной Горки» замолчали. Но в дело вмешался английский сторожевой катер, каким-то чудом подошедший вплотную к красному крейсеру «Олег» и потопивший его. Среди революционных судов возникло замешательство, и они вынуждены были вернуться в гавань. 16 июня «Красную Горку» решено было штурмовать с суши. Но когда части Красной Армии вошли в крепость, в ней уже не было ни одного мятежника. Восставшие бросили все как было и растворились. То же самое наблюдалось на соседней батарее «Серая Лошадь».

«Вслед за «Красной Горкой» ликвидирована «Серая Лошадь». Орудия на них в полном порядке. Идет быстрая проверка всех фортов и крепостей. Морские специалисты уверяют, что взятие «Красной Горки» с моря опрокидывает морскую науку. Мне остается лишь оплакивать так называемую науку. Быстрое взятие «Горки» объясняется самым грубым вмешательством со стороны моей и вообще штатских в оперативные дела, доходившим до отмены приказов по морю и суше и навязывания своих собственных. Считаю своим долгом заявить, что я и впредь буду действовать таким образом, несмотря на все мое благоговение перед наукой» – эту телеграмму 16 июня 1919 года отправил Ленину Иосиф Сталин, лично разрабатывавший план штурма мятежных фортов. Возможно, именно благодаря стараниям будущего главнокомандующего Советской Армии во Второй мировой войне форт «Красная Горка» не потерял боеспособность и смог во время Блокады удерживать важнейший Ораниенбаумский плацдарм – кстати сказать, благодаря как раз тем мобильным 305-миллиметровым орудиям, вокруг которых сегодня разгорается такой варварский скандал.

Намотать на рукав Георгиевскую ленточку, гаркнуть «Мы помним!» – этого недостаточно, чтобы мы на самом деле перестали плевать на собственную историю и собственную землю. Покуда мы не начнем думать хотя бы о своей голове, выпиливая с потолков уникальных фортов двутавровые балки, мы будем жить на пороховом погребе и вдыхать затхлый запах пустоты и небытия.

Добавить комментарий

Комментарии

Angel [ ] 2007-07-09 16:02:33 Где-то слышал, что его собираются дачами застраивать, нет? ответить Сергей Загацкий [ norder ] 2007-07-11 15:31:28 Насчет самого форта - там сейчас стоят несколько гражданский строений. Элитный поселок находится примерно в двух километрах от крепости в сторону Лебяжьего - там все активно строится. А сам форт пока не трогают, слава Богу. ответить