Альтернативная энергетика

Однако с недавнего времени Казахстан постепенно стал переходить на использование альтернативной энергетики, но пока еще в малых масштабах. Так, в Джунгарских воротах установлена при помощи программы ООН экспериментальная станция по выработке энергии из ветра, и пока результаты еще не известны, сама по себе попытка создания уже говорит о многом.

Пролетая над Ганновером или, скажем, Голландией, конечно, можно увидеть большое количество ветростанций, тем более что Европа объявила о том, что в ближайшие 20-30 лет удельный вес использования альтернативных источников должен заменить традиционные источники энергии.

Тема развития альтернативных источников энергии или использования тех видов энергоресурсов, что ранее не использовались, в последнее время стала весьма популярной. Подпитывает этот интерес возрастающая потребность мировой экономики в энергоресурсах, периодически возникавшие кризисы на мировом рынке энергоносителей, озабоченность экологической нагрузкой на окружающую среду при использовании минерального топлива и все более осознаваемая необходимость поиска некой альтернативы минеральным энергоресурсам.

По мнению одного из экспертов программы ООН Питера Диксона, в мировом энергетическом балансе доля носителей для традиционной энергетики (нефть, газ и уголь) сегодня составляет порядка 74%. При современном уровне потребления открытых запасов нефти хватит на 40 лет, газа - на 56 лет, угля - на 197 лет. Что касается других источников энергии, то на ВИЭ (в основном на биомассу и гидроэнергию) приходится 19,5%, а на ядерную энергию - 6,3%. Сегодня ВИЭ - это наиболее динамично развивающаяся в мире форма генерации энергии. Ежегодно темпы ее глобального роста превышают 10% и, по прогнозам, будут сохраняться и в будущем.

Лидерами по выработке альтернативной электроэнергии (по совокупной мощности действующих объектов ВИЭ) являются ЕС, США, Китай и Индия.

В то же время мировой спрос на ВИЭ постоянно растет. К середине нынешнего века увеличение их доли в глобальном энергетическом балансе прогнозируется до 35%. Привлекательность ВИЭ связана с неисчерпаемостью этих ресурсов, независимостью от конъюнктуры цен на мировых рынках энергоносителей и экологической чистотой. Последний аргумент особенно актуален, поскольку традиционная энергетика оказывает негативное воздействие на окружающую среду как на местном уровне, так и в глобальном масштабе.

Сегодня предприятия энергетического сектора Казахстана являются самым крупным источником загрязнения атмосферы. Ежегодно они выбрасывают в атмосферу более миллиона тонн вредных веществ и около 70 млн. тонн двуокиси углерода. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), Казахстан занимал третье место в мире по удельным выбросам парниковых газов по отношению к ВВП (6,11 кг на $1 ВВП). Приблизительная оценка экономического ущерба от загрязнения окружающей среды только угольной энергетикой составляет в Казахстане порядка $3,4 млрд. в год. Таким образом, игнорирование использования альтернативной энергетики и централизация энергоснабжения приводят к нерациональному использованию энергетических ресурсов, снижению экономичности и надежности энергоснабжения, а также наносит ощутимый вред экологии и здоровью людей.

Еще одним аргументом в пользу ВИЭ является неэффективность централизации электроснабжения в условиях огромной территории (2,7 млн. км2) и низкой плотности населения Казахстана (5,5 чел/км2), поскольку это приводит к значительным потерям энергии при ее транспортировке удаленным потребителям. В свою очередь, использование возобновляемой энергетики может снизить затраты на энергоснабжение удаленных населенных пунктов и строительство линий электропередачи.

Подавляющая часть генерирующих источников в энергетике страны работает на минеральном топливе. Из примерно 58 млрд. киловатт-часов электроэнергии, выработанной на станциях Казахстана, около 80 проц. приходится на тепловые электростанции, работающие на угле. Вклад гидроэнергетики в общий котел оценивается примерно 15 проц. Оставшиеся небольшие проценты приходятся на газовые электростанции (это тоже нонсенс, учитывая объемы попутного газа на нефтепромыслах, бесполезно сжигаемого в факелах).

Ветровая и солнечная энергетика вообще не представлена в энергетическом балансе страны.

Что же представляет собой ресурсная база ВИЭ в Казахстане? Этот вопрос всегда является определяющим для развития того или иного технологического и технического направления в их использовании. По оценкам экспертов, экономически обоснованный к использованию потенциал энергии ветра в настоящее время может составить около 3 млрд. киловатт-часов в год. Большие возможности в этом обусловлены географическим положением Казахстана, лежащим в ветровом поясе северного полушария Земли. Наиболее известны в этом плане потенциальные возможности Джунгарских ворот - района, расположенного в Алматинской области на границе с Китаем, и Шелекского коридора, находящегося в этом же регионе. Их возможности для использования в генерации электроэнергии воздушных потоков уникальны. Но этим казахстанские ресурсы не исчерпываются, за исключением ряда регионов на юге и юго-западе, в Казахстане практически повсюду имеется хороший ветровой потенциал. Выбрано по меньшей мере пятнадцать перспективных площадок для строительства крупных ветроэлектростанций (ВЭС). А плотность ветрового потенциала в ряде мест республики составляет 10 мегаватт на квадратный километр - это уникальный ветровой потенциал. Мало какая страна в мире обладает таким.

По мнению другого эксперта ООН по ветроэнергетики Геннадия Дорошина, в настоящий момент традиционные источники энергии, основанные на использовании органического топлива, составляют основу всей мировой энергетики, и энергетика Казахстана не является исключением.

Республика обладает огромными запасами традиционных энергоресурсов (0,5% от мировых балансовых запасов топлива), обеспечена ими на длительную перспективу и имеет значительный экспортный потенциал.

Угольные ТЭЦ - основной источник производства электроэнергии и тепла. В то же время централизованная система электроснабжения с концентрацией основной генерирующей мощности на нескольких крупных угольных электростанциях в центре Казахстана и общей протяженностью линий электропередачи порядка 450 тыс. км приводит к существенным потерям электроэнергии при ее распределении и значительным эксплуатационным затратам. Повышаются и общие затраты на энергоснабжение, а также увеличиваются объемы топлива, потребляемого электростанциями.

По удельному потреблению энергоресурсов на долю ВВП Казахстан значительно опережает развитые страны, демонстрируя энергоэкстенсивность своей экономики. Так, удельная энергоемкость ВВП составляла в республике 2 т нефтяного эквивалента на $1000, в то время как у стран Организации экономического сотрудничества и развития этот показатель равен 0,19 тнэ/$1000.

Концентрация производства электроэнергии на нескольких электростанциях также является фактором риска по отношению к надежности энергоснабжения регионов, не имеющих собственных энергоисточников.

Ответ на вопрос, как долго будут использоваться традиционные источники энергии в Казахстане, зависит от запасов органического топлива, интенсивности их использования, включая и экспорт за рубеж. Разведанных запасов нефти и газа может хватить на десятилетия, угля - на столетия.

Ограничением в расширении использования традиционных энергоресурсов, прежде всего угля, может стать необходимость в снижении негативного воздействия традиционной энергетики на окружающую среду, в том числе сокращение выбросов парниковых газов, оказывающих влияние на глобальное изменение климата.

По данным известного казахстанского энергетика, директора Казахстанского НИИ «Казсельэнергопроект» Александра Трофимова, республика занимает первое место в мире по количеству ветроэнергетических ресурсов на душу населения.

У развития ветроэнергетики в Казахстане есть ряд других плюсов. Основаны они на казахстанской специфике. Громадная территория, удаленность многих населенных пунктов от крупных электростанций, сконцентрированных у угольных месторождений, приводит к необходимости иметь линии электропередачи значительной протяженностью (порядка 420 тыс. км). Что, во-первых, ведет к большим технологическим потерям при транспортировке электроэнергии (около 14 проц.), во-вторых, к уязвимости электроснабжения от электросетевых повреждений. ), во-вторых, к уязвимости электроснабжения от электросетевых повреждений. Что это такое, можно видеть на ряде примеров из жизни соседних стран СНГ. Несколько лет назад масштабная авария на электросетях в Молдавии стала трагедией национального масштаба (некоторые наблюдатели тогда усматривали в этом одну из причин прихода к власти в стране коммунистов - нарушение электроснабжения стало нежданной пиар-акцией). Недавно с такой же проблемой столкнулась крупная российская область, Волгоградская, где тысячи людей в середине зимы остались без электричества. Конечно, электро-политические коллизии а-ля Молдова нам не грозят, и компания КЕГОК делает немало для стабильности электросетей, но сама идеология излишней централизации электроснабжения, оставшаяся с советских времен, имеет этот принципиальный недостаток и, таким образом, не может обеспечивать достаточную надежность энергоснабжения. В этой связи определенная децентрализация с использованием местных источников энергии, в качестве которых могут выступить ВИЭ, может рассматриваться как резонное дополнение к существующей системе электроснабжения как с экономической точки зрения, так и для обеспечения ее безопасности и надежности.

Развитие использования возобновляемых источников энергии в Казахстане до сих пор находится на начальной стадии, и к тому же не имеет поддержки в законодательстве. И хотя в настоящее время разрабатывается новый закон об энергосбережении, прогнозы специалистов на ближайшее будущее по ряду причин не самые оптимистичные.

Совсем недавно премьер-министр Казахстана Карим Масимов провел встречу с директором немецкого института солнечной энергии «Фраунхофер» Эйке Вебером. В ходе встречи стороны обсудили мировой опыт использования солнечной энергии и перспективы Казахстана в производстве, развитии и использовании возобновляемых источников энергии.

В частности, глава казахстанского правительства высказал заинтересованность в использовании немецкого опыта при создании национального законодательства, регулирующего рынок возобновляемых источников энергии.

Стоит заметить, что специалисты отмечают актуальность проблемы в развитии правовой и институциональной базы Казахстана в данной области. Так, ректор Алматинского института энергетики и связи Гумарбек Даукеев считает, что основной трудностью является отсутствие законодательной базы, поддерживающей внедрение возобновляемых источников энергии. И на это обращают внимание все организации и компании, специализирующиеся в этом направлении, и в первую очередь это иностранные инвесторы. Ректор поясняет, что программа, как правило, должна включать государственное финансирование, создание нормативно-правовой базы. В правительстве должен быть создан некий координирующий орган, который бы взял на себя ответственность за внедрение возобновляемых источников. В каждом министерстве и акиматах должны быть ответственные лица, занимающиеся только этим вопросом.

С этим мнением согласен также экономист ООО «Ветропарк Инжиниринг» Павел Федоров. По его словам, одним из основных препятствий для широкого распространения альтернативных энергогенерирующих установок, как в малых масштабах (частных хозяйств или маленьких поселков), так и в составе крупных, является отсутствие единого закона, который бы четко определял все преференции возобновляемых источников энергии, налоговые льготы и приоритетное право на подключение к общим сетям. То есть отсутствие государственной поддержки. Также он считает, что фактором, тормозящим развитие ветроэнергетики в Казахстане, является достаточно долгое муссирование темы о том, что ветрогенераторы, использующиеся в Европе, для казахстанского климата неприменимы. До сих пор ведутся работы по разработке ветрогенераторов, приспособленных к казахстанскому климату.

Это подтверждает и Гумарбек Даукеев: «На Джунгарских воротах длительное время обсуждался проект строительства опытно-экспериментальной станции мощностью 5 МВт. Только после 10 лет обсуждений все сдвинулось с места. Предполагается, что его реализация осуществится в ближайшие два года. Инвестируют проект Энергетический фонд и часть выделяется из бюджета Казахстана». Доктор технических наук, руководитель НИЛ «Ветроэнергетические установки из композиционных материалов» КГУ им.

Ш. Уалиханова Хайрулла Байшагиров отметил, что в Казахстане пока имеются отдельные группы специалистов в области ВИЭ, незамедлительное использование (финансирование) которых позволит в ближайшем будущем (2-3 года) развернуть собственное производство ветровых и солнечных установок. Для этого имеются начатые в советское время разработки, а также требующие возрождения производственные мощности. Наиболее перспективно развитие производства малых ветроустановок, так как они могут быть применены не только на 80-90 % территорий РК и сопредельных стран, но также в отдаленных и труднодоступных пунктах.

При этом Гумарбек Даукеев прогнозирует, что в самом лучшем случае к 2030 году использование возобновляемых источников в Казахстане возрастет до 10%, а в ближайшие 5-10 лет - на 0,1%.

Директор TOO ND & Co Нурлан Джиенбаев в качестве примера приводит ту же Германию, которая, по его словам, к 2015 году переходит на 30% использования солнечной энергии, хотя находится в худших условиях (уровень солнечной активности). Так, в Германии потребитель платит 21-23 евро-цента за 1 кВт электроэнергии, но если он установит солнечную станцию, то появится возможность продать излишки выработанной электроэнергии в общую сеть, получив при этом за каждый кВт по 45 евроцентов.

Альтернативная энергетика - важная и разноплановая проблема. Одна ее сторона в том, что не использовать возможности и ресурсы, данные природой, просто преступно, тем более в нашем, казахстанском, случае, когда сделано столь много.

Информационный синдикат "Неономад" (г. Астана, Республика Казахстан).

Добавить комментарий